DCB Interview
18.08.2023

Сергей Фролов
Владелец продукта, команда «Москва-5»

Кто такой «бывший лучший друг»? Как троллить коллег в день рождения? Каким должен и каким не должен быть отдых? Рассказывает Сергей Фролов.
Я знаю, что у тебя есть привычка поздравлять людей с днём рождения звонком по телефону. В то же время звонок от тебя рано утром коллеги воспринимают как знак инцидента и приглашение в ТКС. Как тебе с этим живётся?

Есть такое. У меня давно выработалась такая привычка. Я не люблю писать поздравления. Когда я кого-то поздравляю и чего-то желаю, я люблю делать это во время звонка, чтобы сказать голосом, услышать реакцию, но лучше, конечно, лично поздравить. Короткое сообщение – это немного текста, и всё. Когда же поздравляешь, то всё равно спрашиваешь, как дела, и происходит хотя бы минимальный разговор.

Есть у меня один коллега, который в какой-то момент сказал мне прямым текстом, что он переживает из-за моих утренних звонков. Поэтому мои поздравления к нему начинаются с таких слов: «Слушай, тут такое случилось! Надо срочно в ТКС, я тебе ссылку сейчас кину». На той стороне трубки – длительное молчание, а потом уже я поздравляю человека.

То есть ты не просто знаешь, что люди переживают из-за твоих утренних звонков, – ты этим пользуешься и троллишь их!

Есть немного. Чтобы человека в такой приятный праздничный день взбодрить уже с утра. Так он проведёт день уже бодрым.

Ты долго работал в сопровождении, что напрямую означает отсутствие стабильного сна и мгновенную реакцию на любой раздражитель. Скажи, быть ВП в «Москва-5» после такого режима – это облегчение?

Пока непонятно. Скорее нет, чем да. Сопровождение – это такое подразделение, на которое все рассчитывают, там всегда всё должно быть чётко, стабильно, круглосуточно и качественно. Навыки и контакты, приобретённые при работе в сопровождении, безусловно, помогают мне осваиваться в новой роли, но текущие задачи требуют более широкого спектра знаний и умений.

Ну и, конечно, общение с архитекторами – это отдельная жизнь. Там у ребят полёт мысли прям космический, они уже все корабли запустили, а мы их только пытаемся собрать. Нужно постараться учесть интересы всех: и архитекторов, и своей разработки, и своих аналитиков, сопровождения, чтобы их тоже не грузить чем-то лишним. Всё это надо собрать в единый кусочек, чтобы его запустить, и постараться, чтобы тебе ночью не звонили и не звали в ТКС, чтобы рассказать, что ты что-то не предусмотрел.

Нужно учитывать, что «Москва-5» – это не совсем обычная продуктовая команда. Это core-команда с сильным техническим уклоном, и ребята в команде имеют большую экспертизу и вовлечённость. Мне доверили крайне важную часть нашей системы СберБизнес. Я стараюсь оправдать ожидания, поэтому работаем!
Что ты можешь рассказать про времена ЦСКО и Наталью Евгеньевну Зборовскую?

Когда у меня про неё спрашивают ребята, которые сейчас работают в ДЦКБ, я всем отвечаю, что она из нас, мальчиков, сделала мужчин. Потому что мы пришли к ней совсем молоденькими, а проект для банка в тот момент был огромным – централизовать всю функцию ведения ДБО. Раньше в каждом филиале кто-то что-то вёл. Потом филиалы объединяли в отделения. Тут же захотели со всей страны собрать всё в одном месте.

Когда мы приходили на собеседование, она нам сказала, что тут будет интересно, перспективы, проект огромный. Мол, хватит сидеть в своих отделениях, лучше работать вместе. Спустя уже не помню сколько то ли дней, то ли недель работы, когда стало понятно, что объём будет колоссальным и мы не будем его вывозить ни до шести, ни до семи, ни до восьми вечера, ни даже до 12 ночи, началось самое интересное. В конце дня ты был обязан отнести ей всё, что ты сделал. Она всё проверяла, это надо было подписать, запаковать и куда-то это всё отдать. Проверяла она очень внимательно, вплоть до запятой. Соответственно, если ты что-то сделал не так – ошибся или опечатался, – ты с оценочной обратной связью шёл на место всё переделывать и доделывать. Для неё не было таких понятий, как время суток, день недели. Было правило, что пока всё не сделал, ты не уходишь. А сделать всё было невозможно, потому что поток шёл без остановки.

До которого часа максимум сидели?

Были времена, когда мы сидели часов до четырёх утра, а в восемь-полдевятого утра ты получал от Натальи Евгеньевны звонок с вопросом «Ты где?» Ты отвечал, что ты ещё собираешься и лёг-то в пять утра, а она тебе говорила, что уже ждёт тебя, так как уже с утра очень много дел. Это было интересно, мы участвовали в большом проекте. Назывался он «Олимп». Она научила нас усидчивости, внимательности, что лучше всё перепроверить самому, научила развёрнутым ответам. Мы же были центром компетенций для других ЦСКО по всей стране. Их было штук шесть-семь. Все каверзные вопросы, на которые они сами ответы найти не могли, они сливали к нам. Мы им писали развёрнутые сочинения, чтобы не ответить «Потому что так», а подтвердить, объяснить, сослаться на регламент. Полноценный юридический ответ. Было круто, мне это запомнилось надолго. Я бы сказал, навсегда.

Выходит, что ты ей благодарен.

Конечно!

Вопрос для коллег, которые не знают. Как расшифровывается ЦСКО?

Центр сопровождения клиентских операций.
Давай про спорт поговорим. Ты любишь большой теннис. Играешь сам?

Сам играю уже давно. Раньше был большой перерыв. Много играл в детстве: то ли пять, то ли шесть лет я занимался плотно. Несколько раз в неделю, мне прям очень нравилось. Потом пошли старшие классы школы, институт, и со свободным временем стало напряжённо. С учётом того, что со второго курса института мы пошли уже на практику работать в Сбер, совсем было не до того.

Недавно, в этом году, мы что-то разговаривали с Серёгой Канаевым и Сашей Лукьяновым, и как-то проскочило упоминание, что ребята играют в теннис. Меня сразу же добавили в группу. Начали с ребятами играть. Сейчас опять это стало получаться редко, но раньше мы один-два раза в неделю ходили. Ко мне даже вернулась эта радость от игры, как в детстве. Я даже по выходным начал заниматься. У нас в Сокольниках есть база клуба «Спартак». Там преподаёт знаменитая Анастасия Мыскина. Я туда начал ходить играть с индивидуальным тренером. Конечно, не с Мыскиной, но мой тренер тоже хорошо преподаёт.

Ты говоришь, что играл в детстве. Это же очень дорогой вид спорта. Ведь тогда с инвентарём вообще было сложно, наверное.

Ты знаешь, я по поводу инвентаря не помню. Мне купили какую-то самую обычную ракетку. Современную по тем временам, не советскую, и сумку. Это всё, что мне было нужно. У нас в Сокольниках рядом с домом был спортивный центр. Дети там занимались за какую-то абсолютно символическую плату. Насколько помню, сколько захотело детей прийти, столько и занималось. Нас поделили на группы, хочешь – ходи, не хочешь – не ходи. Особо никто не заставлял.

Я начал ходить сам, потом меня с этими ракетками увидел сосед по дому. Он спросил, куда я хожу, я рассказал. Так мы начали с ним вместе ходить. Это было вдвойне веселее. Мы и дружили, и занимались вместе. В моих воспоминаниях у родителей это не вызвало серьёзных финансовых затрат. Ракетку и сумку купили, и всё. Мячики там выдавали, кроссовки, футболка и шорты были обычными.


Сейчас уже всё недёшево, да. Хотя наверняка это было и раньше. У людей, которые профессионально занимаются, есть по семь ракеток с собой, они все современные. Я очень удивился, но сейчас хорошая ракетка стоит от 30 до 50 тысяч рублей. Это такие, которые можно в магазине купить. Профессиональные уже подбирают, а их стоимость, соответственно, будет уже больше, а, так как у тебя всего этого уже много, там набегает. Плюс тренер, который с тобой занимается, тоже в зависимости от ранга за занятие берёт от двух с половиной тысяч в час и до бесконечности. Всё зависит от того, чего ты хочешь достичь.

С какого возраста лучше начинать заниматься?

Есть дети, которые только начали ходить. Им выдают миниатюрную ракеточку для детей, и они уже потихоньку начинают. Лет с трёх занимаются. Я начал лет с семи-восьми. Сейчас, судя по автомобилям, которые подъезжают к этому комплексу в Сокольниках, это занятие совсем не дешёвое.

Смотришь теннис по телевизору?

Нет. Я не смотрю всё, я могу посмотреть лучшие моменты какие-то. За Медведевым посматриваю. Я не фанат, чтобы сидеть и смотреть прям. Когда где-то на YouTube попадутся лучшие моменты игры звёзд, я могу посмотреть нарезку минут на семь. Потому что играть они могут и час, и два, и три, и четыре. Просто сидеть перед экраном всё это время… Я не настолько фанат. Это скорее хобби и польза для здоровья. Работа же у нас сидячая, поэтому чем больше шевелишься, тем лучше. Теннис для меня – скорее хобби.
Ещё ты занимался плаванием.

Да я не то чтобы прям занимаюсь. В какой-то момент у меня начала побаливать спина. До конца мне не сказали, что случилось. Может, надуло где-то, может, потянул. Пару лет назад мне её так защемило, что я уже в какой-то момент начал плоховато ходить. Мне сказали, что самое лучшее, что может быть для поддержания спины, – плавание. Для этого не нужно ставить какие-то мировые рекорды, просто желательно регулярно плавать.

Плавать я тоже начал ещё в детстве. Сначала мы ходили в обычный бассейн, потом начали играть в водное поло. Нам казалось, что мы просто скучно плаваем, а ребята рядом гоняли, у них ворота какие-то, они мяч там швыряют весело. Мы тоже хотим! Они сказали: «Приходите». Водное поло намного сложнее, чем обычное плавание. Там и за ноги хватают, и мячиком по голове прилетает. У нас перед занятием все строились, а тренер шёл и смотрел, чтобы были подстрижены ногти и на руках, и на ногах. Потому что, когда от тебя кто-то уплывает с мячом, у тебя рефлекс схватить и придержать. Если у кого-то были ногти, то, когда тебя хватают за ноги, ты пытаешься освободиться, а по тебе проползают ногтями. В конце занятия ты весь исцарапанный.

Я, кстати, коллегу, который работает у нас в трайбе, учил плавать. Научил и плавать, и нырять. Плавать научил, нырять не очень.

Что это за коллега?

Димка.

Древин?

Древин, да.

Он не умел плавать?

Да. Мы работали уже вместе. У нас около офиса был бассейн для сотрудников банка, в институте, что ли, каком-то. Нам сказали, что сотрудникам банка можно ходить и бесплатно плавать. Мы с Димкой собрались. Я не помню только, когда он сказал, что не умеет плавать. Когда мы только собирались, или когда уже стояли в бассейне… Короче, сказал, что не умеет. Так мы потихонечку-потихонечку начали, нормально заплавал в итоге.

Он тебе благодарен?

А то!
Кстати, о плавании. Как-то ты пытался расслабиться на пляже, а какая-то молодёжь громко включала музыку.

Было дело. Поэтому в какой-то момент я перестал любить ездить к нам на море. Хотя раньше, когда мой папа работал в Мосэнерго, им каждое лето выдавали путёвки к нам на юг. В Геленджик. Каждый год на пару недель можно было спокойно бесплатно поехать отдохнуть. Раньше – возможно, потому что я был маленьким – мне было в кайф. На море мне купили какую-то надувную лодку, которая почему-то не понравилась каким-то пограничникам или ещё кому. Они пришли и спросили, зарегистрировали ли мы лодку. Она, конечно, не совсем для младенцев была, но маленькая, чуть больше рыбацкой одноместной лодки. Папа спросил, зачем её регистрировать, обычная же лодка. Ему сказали, мол, нет, все плавательные средства надо регистрировать, идти куда-то, номер получать. Мы сказали, что ерунда какая-то.

Помню, я что-то плавал на ней, плавал, ветер был, волны какие-то. Я с неё спрыгнул, а её крутануло и унесло в море. Какой-то мужик за ней сплавал, за что был вознаграждён каким-то горячительным напитком. В тот момент я любил это всё, народу было поменьше.

А теперь?

Несколько лет назад мы с ребятами сами ездили на море на машине. В Ейск катались, в Лазаревское, в Геленджик заехали. Там днём невозможно выйти к морю. Люди чуть ли не на людях. У нас ещё люди любят на море делать всё. Поэтому туда приходят компании, а у каждой компании, хоть они сидят в метре друг от друга, своя музыка. Начинаются костры, мангалы, волейболы. Всё это – в радиусе метра. Ты лежишь, у тебя там музыка, здесь музыка, тут мячик, здесь мангал, здесь это, там то. Я не то чтобы конфликтный, но, когда люди отдыхают у меня над ухом, я могу сделать замечание. Отдыхать же хочется всем, а если кому-то хочется громко слушать какие-то свои композиции, то, наверное, это лучше сделать в специально отведённых для этого местах, в номере или ещё где-то.

Так врезалось в память?

Слушай, я прям конкретно этот случай не помню, но такого так много, что, наверное, делал кому-то замечание.

Для тебя отдых – просто спокойно полежать.

Я отдых люблю разный. Я не люблю на отдыхе кому-то мешать. Вот это точно. Если у нас собирается большая компания, то, конечно, мы тоже любим и подурачиться, и поделать что-то. На этих выходных мы ездили с ребятами отдохнуть. Видимся мы редко, но это мои друзья прям с самых малых лет, хоть и все меня немного постарше. Ездили на природу отдохнуть с палатками. В следующий раз собираемся съездить на охоту.

Для сравнения. На выходных мы были на месте, где у нас лес, река и никого вокруг в радиусе многих километров. Само собой, мы послушали какую-то музыку, пожарили что-то на огне, подурачились, покупались, поржали. Всё это – до поздней ночи.

До этого мы недавно были на Алтае. Там был отель с огромной территорией. Можно жить в гостинице, можно жить в шале, можно жить в отдельных маленьких домиках. Вот эти домики стоят сплошным рядом. У каждого домика есть маленький закуточек с грилем, столиком, шезлонгами, а вокруг – заборчик. Днём, когда все купаются или отдыхают где-то, не вопрос: жарьте мясо, слушайте музыку, кричите, смейтесь. Когда уже к вечеру все приходят отдохнуть, хочется тишины. Напрягает, когда у тебя под носом запах этого угля. Опять же, все начинают слушать какую-то свою музыку. Причём стараются слушать так, чтобы оценить могли все. Такое мне не нравится. Я не люблю, когда мне мешают отдыхать и когда мешаю я. От отдыха удовольствие должны получать все, а не ходить постоянно и просить сделать музыку потише. Я за мир во всём мире.
Какая у тебя сейчас машина?

Volkswagen Jetta.

Я знаю, что когда-то кто-то из коллег помог тебе купить Mercedes, но обмывать эту покупку коллегу ты не позвал.

Было дело.

Вам удалось помириться?

Тот же коллега, которого я научил плавать. Так как мы с Диманом дружим уже очень давно и общаемся не только на работе, это уже история, которой много лет. Из-за неё он меня называет «бывший лучший друг». Не со злобой. Это уже традиция – обязательно вспомнить мне этот момент. На самом деле получилось это случайно. Я не то чтобы отмечал и обмывал.

Мы поехали с Димой за машиной. Поехали своим ходом с наличными деньгами. Чтобы нас не грабанули, поехали вдвоём. Видимо, подумали, что вдвоём мы нормально справимся. Приехали, купили, съездили в ГАИ, поставили номера. Я даже не планировал отмечать покупку. Просто в этот же день я уехал на дачу к знакомым. Они увидели, что у меня новая машина, и просто так сложилось, что отметили покупку. Хотя и без этого собирались просто повеселиться. Теперь Дима зовёт меня «бывший лучший друг».

Есть байка, что ты как-то по-особенному реагируешь на фразу «Спи-спи-спи». Расскажи.

Мы как-то это потом обыграем цензурой. Тоже история с Димой. Мы поехали с ним как-то кататься на великах. Спорт велосипедный у нас уже совместился с «культурным отдыхом». Куда-то приехали, остановились, выпили по бутылочке пивка, потом ещё по одной, ещё по одной. Я не поехал к себе домой, мы поехали к Диме в загородный дом, который недалеко от Москвы.

Мне показалось, что мы легли спать то ли в четыре утра, то ли в пять, а, чтобы попасть на работу, нужно было встать в шесть. В какой-то момент мне показалось, что только я лёг на подушку и закрыл глаза, сразу же сработал будильник, что пора вставать. Я попытался вскочить и встать, но Дима меня уложил обратно, заботливо укрыл одеялом и сказал: «Спи-спи-спи, поедем попозже». Так что, хоть он на меня якобы обижен за то, что мы не обмыли машину, но в глубине души он очень заботливый малый.
Ремонт хуже пожара. У тебя как раз идёт ремонт. Как ты с этим справляешься?

Слушай, на самом деле хорошо. Нам такая хорошая команда попалась! У дизайнера есть своя бригада строителей, с которой она всегда взаимодействует. Это снимает много вопросов. Бывает, что что-то хочется, но это или невозможно технически, или очень сложно. Она отвечает за дизайн, строители – за технику.

Когда мы рисовали проект, выбирали что-то, они давали советы и объясняли, что реально сделать, а что – нет. Моё участие сведено к необходимому минимуму. Я не могу сказать, что я вообще на объект не езжу. Я езжу раз в недели полторы-две. И то, это какие-то моменты, когда мне предлагают варианты на согласование. Картинка – это одно, а технически может что-то всплыть. Они не спрашивают у меня, как надо сделать. Они дают варианты, мы садимся, обсуждаем и находим оптимальные решения. Пока что я от ремонта получаю удовольствие. Он меня не напрягает никак, кроме финансового момента. Я ни с кем не ругаюсь, мы нашли общий язык.

Конечно, не всё оказалось реализуемым. Есть компромиссы с их стороны, когда я говорю, что хочу только так и никак иначе. Они соглашаются. Бывает, что на компромиссы иду и я. Мне говорят, что хоть ты хотел так, но конструкция здания такая, что мы это сделать просто не можем. Если ситуация не критична, я не возражаю; если критична, ищем выход. Опять же, это не до ругани, а в рамках диалога – мы просто разговариваем и находим устраивающее всех решение. Я не стараюсь их загнать в жесточайшие рамки. Когда мы начали в феврале этого года обрисовывать проект, они мне сразу сказали, что это продлится примерно до января-февраля следующего года. Пока мы с ними остаёмся в графике – меня всё устраивает.
Блиц!

Четвёртый или десятый этаж?

Десятый.

Mercedes или BMW?

Volkswagen!

Volkswagen или Mazda?

Mazda!

Студия в «Москва Сити» или загородный дом?

Загородный дом.

Купаты или фо-бо?

Купаты.

Кафельников или Медведев?

Медведев, конечно!

Велопрогулка или баня?

Баня.

Сила или дипломатия?

Дипломатия.

С любовью, Цифровой Корпоративный Банк!